Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль

Если человек вправду желает простить тех, кто издевался над ним, он совсем не должен сдерживать свою ярость. Только когда он признает, что с ним поступили несправедливо, назовет насилие насилием и позволит для себя открыто возмутиться и возненавидеть, ему раскроется путь к подлинному прощению. Довольно вспомнить о причиненном для тебя в ранешном детстве Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль зле, чувственно воспринять его и не сдерживать гнев и ненависть, как через какое-то время для их не найдется места в твоей душе. На замену им придут горечь и боль, за которыми последует осознание смысла многих поступков родителей. Только после внимательного исследования их юношества и избавления Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль от ненависти, накопившейся в подсознании, может равномерно вызреть чувство подлинного соболезнования к ним. Никакие предписания и заповеди тут не посодействуют, такое чувство само появляется в исцеленной от яда ненависти душе. Солнце не надо силой вытаскивать на небо, когда рассеялись облака: оно просто светит.

Если взрослый человек смог пробиться к Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль истокам поведения родителей и осознать, какими определенными обстоятельствами было обосновано их ожесточенное воззвание с ним, то с течением времени он без помощи священников либо преподавателей усвоит, что физическое насилие над ним не доставляло родителям никакой радости, и что они поступали так совсем не из желания показать мощь либо от излишка актуальных Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль сил. Просто они не могли поступать по-другому, т.к. сами были жертвами классической системы воспитания.

Многие люди не в состоянии осознать простую вещь: хоть какой насильник сразу является жертвой. Совсем ясно, что человек, с юношества чувствовавший себя сильным и свободным, никогда не будет унижать других. Приведу выдержку из дневниковых Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль записей Пауля Клее.

"Я всегда пробовал сделать какую-нибудь мерзость малеханькой безобразной колченогий девченке. Всю их семью я ни в грош не ставил, в особенности мама, но притворяться умел и, смиренно опустив глаза и изображая из себя пай-мальчика, просил отпустить со мной малышку погулять. Какое-то время Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль мы умиротворенно шли рука об руку, но потом на маленьком поле, где рос картофель и водились божьи коровки, либо даже не доходя до него, я чуток отставал и, выбрав момент, несильно лупил мою подопечную сзади. Девченка падала, позже я отводил ее зареванную домой и с невинным видом гласил мамы: "Случаем Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль свалилась". Я проделывал это пару раз, и госпожа Энгер так ни о чем и не додумалась. Девченке, по-моему, было лет пять-шесть" (..., 1975, S. 17).

Непременно, небольшой Пауль в этом случае неосознанно подражал папе, о котором он только кратко упоминает в собственном дневнике:

"Я очень длительно неоспоримо веровал Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль папе и принимал каждое его слово как правду в последней инстанции, задумывался, что отец может и умеет все. Я только вытерпеть не мог, когда старик высмеивал меня. Как-то я, думая, что вокруг никого нет, начал разыгрывать реальную пантомиму и вдруг услышал за спиной свойственное "фу!", произнесенное с Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль откровенной насмешкой. Я, естественно, обиделся. Схожее отношение отца ко мне проявлялось не один раз" (S.16).

Можно для себя представить, как глубоко задело малеханького Пауля саркастическое "фу!", произнесенное возлюбленным человеком.

Было бы ошибочно утверждать, что мучения, причиненные не по злому умыслу, а под воздействием неврозов, переносятся легче и что небольшой Пауль никак не Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль глумился над малеханькой девченкой, ибо не ставил таковой цели, а всего только нуждался в объекте, на который можно излить свою ненависть. Хоть какое насилие причиняет боль. Осознав это, мы понимаем весь трагизм ситуации, в какой оказываются наши малыши, но конкретно это осознание позволяет нам переосмыслить свое отношение к ним Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль. Ведь из произнесенного выше можно сделать последующий вывод: вроде бы мы ни обожали малыша, мы не можем быть убеждены, что не причиняем ему боль, если мы сами не освободились от последствий обычного воспитания. Но понимание этого должно вызвать у нас чувство горечи, скорби, но никак не чувство вины Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль, ибо последнее может быть спроецировано нами на малыша, и он потом всю жизнь будет чувствовать себя виновным, плохим и зависимым от родителей.

Понимание различия меж чувством скорби и чувством вины позволит повредить ту стенку молчания, которая построена в нашем обществе вокруг злодеяний нацистского режима. О их не желают гласить Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль, так как не желают испытывать чувство вины. Но способность от всей души скорбеть прямо обратна чувству вины. Скорбят о прошедшем, которое нельзя поменять. Скорбью и чувством горечи можно поделиться с детками, не испытывая никакого стыда (ведь все уже в прошедшем). Чувство вины, напротив, вызывает стыд, потому нередко вытесняется в подсознание Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль либо проецируется на деток. (Иногда имеет место и то, и другое.) Горечь же пробуждает к жизни другие чувства, юноши и девицы вроде бы выходят из состояния внутреннего оцепенения и делают себе очень противные открытия. Их итогом могут быть приступы полностью оправданного гнева и болезненная реакция на поведение родителей Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль, как и раньше придерживающихся собственных принципов, и поэтому не понимающих, почему их повзрослевшие детки вдруг дали волю своим чувствам. Потому есть опасность, что юноша возьмет свои произнесенные в гневе слова вспять и сделает вид, что ничего не вышло, т.к. ему, наверное, в очередной раз покажется, что своими Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль обвинениями он сведет родителей в могилу. (Ведь ранее предки ему наверное гласили, что если он не будет их слушаться, будет самовольничать, то сведет их в могилу. Иногда человек всю жизнь действует с оглядкой на эти слова.)

Все же, даже если соболезнования к юному человеку никто так и не проявляет, а постаревшие Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль предки, по-прежнему, плохо относятся к хоть каким проявлениям чувств, только один прорыв в сознание такового запрещенного чувства, как гнев, способен вывести человека из тупика самоотчуждения. Если это вышло, то человек чувствует то, что должен ощущать здоровый ребенок, не понимающий, почему предки причиняли ему боль и сразу воспрещали Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль орать, рыдать и даже гласить о ней. Даровитый ребенок мог приспособиться к происшествиям. Стремясь разобраться в том, почему к нему предъявляют настолько абсурдные требования, он не мог не сделать вывод, что они есть нечто само собой разумеющееся. Схожий вывод приводил к потере собственного Я, потере возможности переживать свои чувства - убийству Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль внутри себя обычного малыша, способного бурно реагировать на несправедливое воззвание с ним и не желающего принимать в расчет высочайшие цели, которыми типо руководствуются безжалостно обращающиеся с ним предки.

Взрослый человек, испытавший нелегальные с юношества чувства, никак не становится после чего раздраженным и вечно недовольным собой и другими. Напротив Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль. Ему уже не надо ни на кого больше изливать собственный гнев, в то время, как человек, лишенный способности вывести гнев из подсознания, будет повсевременно находить все новых людей, на которых можно излить накопившуюся ненависть. На примере Адольфа Гитлера мы лицезреем, к чему это приводит.

Конкретно обрушившийся на родителей Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль гнев дает нам шанс, ибо таким макаром человек выяснит правду о самом для себя и собственных близких, выходит из состояния внутреннего оцепенения, получает возможность испытать чувство скорби и простить родителей. Пусть меня усвоют верно и не винят в том, что я лично обвиняю во всем родителей. У меня Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль для этого нет никаких оснований, ну и, фактически говоря, какое я имею право в чем-либо упрекать их? Нас не связывают кровные узы, не они меня воспитывали и заставляли молчать: я твердо знаю, что подавляющему большинству родителей присущи приблизительно схожие стереотипы поведения, и поступать по-другому они не могут.

Но конкретно Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль поэтому, что я, стремясь побудить подрастающее поколение не страшиться открыто конфликтовать с родителями, в то же время не винила родителей, многие читатели так и не разобрались в моей позиции. Очевидно, легче всего возложить всю вину либо на малышей, либо на родителей либо объявить, что повинны обе стороны Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль. Но актуальный опыт дает подсказку мне, что вопрос о чьей-либо вине тут даже не стоит, и что у родителей и малышей просто не было других вариантов поведения. Но, так как ребенку не дано осознать этого (неважно какая попытка это осознать повлекла бы за собой тяжелое духовное расстройство) я обращаюсь Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль ко взрослым. Я исхожу из того, что их детки окажутся в несоизмеримо более подходящих критериях, т.к. отцы и мамы до конца разберутся в собственном детстве.

Полагаю, но, что моих резонов очевидно недостаточно для того, чтоб переубедить многих из числа тех, кто некорректно истолковывает мои взоры. Ведь причина их Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль заблуждений никак не недочет ума. Если кому-либо с младых ногтей внушать, что он всегда и во всем повинет, а на его родителей не должна пасть даже тень подозрения, тогда мои размышления безизбежно вызовут у него ужас и чувство вины. Как очень укоренились классические принципы воспитания, идеальнее всего Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль видно на примере людей старшего поколения. Как они становятся слабенькими и беспомощными, они начинают ощущать себя виновными практически во всем, а к своим взрослым детям относятся как к серьезным арбитрам. Эта ситуация очень неблагоприятна для того, чтоб малыши смогли почувствовать гнев и вывести в сознание ненависть: многие будут склонны щадить немощных Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль родителей и обрекут себя тем на молчанье.

Так как кое-кто из психоаналитиков также не имеет способности избавиться от страхов и лично убедиться в том, что естественное поведение деток никак не убивает отца и мама, он, непременно, будет убеждать собственных пациентов как можно быстрее примириться с родителями. Но Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль если человек так и не отдал волю чувствам и не излил накопившуюся в душе ярость, это будет менее чем надуманное примирение. В душе как и раньше сохранится мощнейший заряд ненависти, вот только обвалится он на сторонних людей. Надуманное прощение еще более извратит подлинное Я, а рассчитываться придется детям, перед Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль которыми отец либо мама уже не будут скрывать собственных подлинных эмоций. Невзирая на все трудности зания собственного юношества, возникает все в большей и большей степени публикаций, в каких юноши и девицы вступают в открытую и добросовестную полемику с родителями. Ничего подобного ранее нельзя было представить для себя. Я имею в Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль виду сначала книжки Барбары Франк "Я смотрюсь в зеркало и вижу свою мама" (Frank, 1979) и Марго Ланге "Мой отец. Рассказы дам о первом в их жизни мужчине" (Lange, 1979). Потому есть надежда, что критичные публикации отыщут собственного критически настроенного читателя, у которого никакие пронизанные духом "темной педагогики" научные Любое насилие, даже совершенное без злого умысла,- причиняет боль издания в таких областях, как психология, этика, педагогика либо же биографии исторических личностей уже не вызовут чувства вины.


lundstrem-oleg-leonidovich-doklad.html
lunnie-i-solnechnie-zatmeniya-obyasnenie-prognozi-i-rekomendacii-kak-sebya-vesti-vo-vremya-zatmenij.html
lunnij-kalendar-strizhki-okraski-volos-i-kosmeticheskih-procedur-na-dekabr-2017-goda.html